Пилигрим - литературно-художественный журнал Содержаие номера

ПОЛИНА БАРБАШЕВА

 

* * *

Жар-пташья метка —
Жар-девичья стать,
Пожар жар-певческий
Не на моем плече ли?
Но камертоном веток
Не достать
Тех нот, что сумрак
Овиолончелил.

 

* * *

Я вошла в твое небо шагом единоверца.
О, пусть небо меня не отринет
Как тревожный курсор самолетного сердца,
Замигавший вдруг в ультрамарине.

 

* * *

Все паутинно и чинно, и мирно,
Без опечаток,
И поцелуй в целлофане дрожащем
Не распечатан.

 

* * *

Не бесы, а — не-бе-ся-та,
Небесная шантрапа,
Летят свирепым каскадом
По крышам стишки кропать,
По крышам Больших Медведиц,
И дохлых мышей гонять.
Под крышами ждут известий,
Детей ждут и мартовских ид,
А в крыши зашит полумесяц,
И в горле у крыш – першит!
По крышам скрипят тарзаны,
Витийствуют скрипачи,
По крышам поют тараканы,
И кот упоенно кричит.
Как славно, у края кончаясь,
себя раздавать навсегда.
Не с неба, а с нёба срываясь,
Летят неизвестно куда
Слова мои, словесята,
Небесные бесенята,
Не бесы, а небесята —
Зловредная ерунда!

 

* * *

Шерстяных соловьев выдыхаю
И дышу в тебя щекотно,
Я нашла в тебе, ночь, потайное
Проковырянное окно.
Так и щелканье, так и щебет,
Шевеленье шалеющих рук,
Скоро, скоро петлею на шею
Кинет утро спасательный круг.
А пока – шерстяные, шершавые,
Одурманенные духотой,
Соловьи мои пододеяльные –
Мои сны – поют за спиной.

 

* * *

Выпита. И потому стеклянна,
Холодна. И потому одна.
Бродит, серебром и ветром маясь,
Вдоль по гулким венам тишина.
Мир ушел. Пустынны коридоры.
Разомкнулись руки. Дверь открыта.

 

* * *

Я — чужестранка со стажем,
Мне ежестранно,
Ежесекундно, со стражем
В ангельском сане,
Переноситься ангиной
Из-под очков: «Апчхи!»
С лысин и звезд — картинно!—
В варварские стихи.

 

* * *

Тек песок,
От жары бессонный,
Смежил веки,
Поддался реке,
Выплыл — теплый,
Умиротворенный,
С птичьим крестиком
На щеке.

 

* * *

Амфора забытого народа
На забытых землях позабыта.
Паутинный мир живет картинно:
Трещины, сверчки, сухие травы…
А в душе душа склонилась к тине.
И холодный ветер бьется в рамы.

 

* * *

Осколок – на сколе – ребристый.
Насквозь – серебристый,
Свет отражающий гордо, его порождая,
Так беззащитно и холодно ты
проплываешь
В скорбной воде своего
венценосного мая.
Соль. Вдоль бемоля пульсируя,
С кровью вальсируя,
С гулкой и властной
Как зов разгулявшейся стаи.
Как же ты миришься
С волчьими песнями мира,
Белая кость, статуэтка, бессонный
хрусталик.?
Нет тебе имени, солнца, судьбы…
вдохновение!
Руки мои – сирени отчаянной лес.
И светит таинственнейшим суеверием
На счастье нашедшийся мне
Пятипалый крест.

 

* * *

Я твоя вера и верность. Знаешь —
Змей заклинают моим именем,
Стальная звезда, поющая тоненько,
Хищное море, бесстрашно синее…
Не воскресенье и жизнь, но пульс,
Время на счастье тебе отмеряющий,
Бешеным лётом сердитых пуль
Достучаться до сердца тебе
отчаявшись.
Выйди из тени своей на крыльцо —
Крепость твоя офлажена белым —
Волос моих, войск моих туго кольцо,
Я же под солнцем и ветром потеряна,
Жду — дай взглянуть мне в твое лицо —
Не усмиренно — смиренно, растеряно.
Жизнь моя здесь — так и рви с куста,
Протяни только руку, мой милый,
потеряный…
Пожалуйста…

 

* * *

Ладони. Огонь и ладони. Догонишь?
Локальность звезды раскатилась в
полыни,
Пронзительной синью меня
остановишь?
Петлей захлестнувшей разлет певчих
линий?
Опять наугад, листопад, снова в ад —
Ud urbe condita маюсь тем словом,
Новым, багряным, живым, беззаконным.
Но… бес или ангел жеманный попутал,
Попутка — да по кольцевому маршруту,
Градусник ртутный вдребезги — тут
мы
Снова бессильны. Больное
пространство
Скорбно лелеет свой транс
постоянства,
Распахнутый сотням бесцветных глаз
Геометрический Гомеостаз!
А где-то ведь бродит в огне
нараспашку,
Всей сердцевиною горькой навыкате
Солнечный бык, надрываясь, выкатит
Яростный сполох ее ромашек.
Доски скамеек кроссовками топчешь,
Распятая светом настырных окон,
Каскад колокольный уносит твой
локон —
Искра,чертовка,случайная роскошь
Шага свободного. Свечечка тонкая
Бешено, жертвенно, нежно сгоравшая
Индия духа, все планки сорвавшая,
Вдоль. Вдаль. Видали? Раздали медали,
Ей лишь не дали. В ладони стекло.
Бумажным сердечком на гибкой пружине
Сердце ее истекло.
Я ее встречу, наверно. Набухла
Пунктиром созвездий горькая соль
Я пробегу к ней все строчки — наискось
Догонишь ли порванных строчек вдоль?

 


Журнал издается Литературным объединением ОмГУ с 2001 года.

Разработка и поддержка сайта: студия LiveTyping